Кто он – лидер “красной” корпоративной культуры?

0
ПОДЕЛИТЬСЯ
1
ПРОСМОТРЫ

“Красная” корпоративная культура и “красный” стиль руководства характерны для большинства российских компаний. Это фундаментальный фактор, ограничивающий развитие компании, рост эффективности, масштабирование бизнеса. “Красные” компании как бы застряли в прошлом, не в силах адаптироваться к новым условиям жизни. Они не конкурентоспособны на современном рынке.

Автор статьи дает психологический портрет “красного” руководителя, который порождает непродуктивную корпоративную культуру и является главным препятствием на пути развития организации.

“Красную” (в терминах спиральной динамики) корпоративную культуру с её избытком ничем не ограниченного персонального лидерства, непрерывным злоупотреблением властью, жесткими межличностными отношениями и ручным, волюнтаристским управлением справедливо называют “культурой силы”. Такая культура, как никакая другая, ярко окрашивается в “красные” цвета под влиянием личностных особенностей её лидера. Им становится самый: властный, жесткий, авторитарный руководитель. Для этого нужны особые характерологические предпосылки. Попробуем нарисовать образ.

Образы: внешнее поведение и внутренний голос

Он — игрок, увлекающаяся натура, действующая по ситуации.  Не склонен просчитывать ходы вперед. А потому живет сегодняшним днем, особо не задумываясь о завтрашних проблемах. “…любить так любить, гулять так гулять, стрелять так стрелять, летать так летать…!”, “Планы не сбываются. Жить надо настоящим!”, “В любой ситуации я всегда найду выход, не стану сидеть на одном месте, не буду “ждать у моря погоды” и бессмысленно страдать!”, “Главное – действовать!”

Он любит быть первым, не любит поражений. В нем сильно развит дух соперничества, он с удовольствием принимает вызов. “Война так война! И на войне как на войне!”, “Выживает сильнейший!”

Он не выносит ограничений, подавления, унижения.  Агрессивен в ответ. При этом не сдерживает своих эмоций, ярость и гнев у него сильнее разума. “Я здесь ВЛАСТЬ!”, “Это — МОЙ бизнес! Компания будет такой, пока Я её возглавляю!”.

Мир для него полярен, черно-бел, без оттенков. Все должно быть однозначно. Многоплановости он не приемлет и не понимает. “Мир прост. А усложняют его нерешительные слюнтяи!”, “Сила и натиск всегда правы!”, “Законы придумали слабаки и хлюпики, а также те, кто хочет на этих законах набить свой карман!”, “В моей жизни одно правило — жить по своим правилам!” Поэтому он стремится к категоричности суждений, краткости оценок: или “да”, или “нет”.  “Я сказал и точка!”

Он всегда уверен в успехе. Стремится к риску. Быстро принимает решения, смело действует в экстремальных ситуациях, которые любит. “Не люблю слов “нельзя”, “невозможно!”, “Люблю азарт, риск, скорость!”, “Ввязываюсь в бой, а там как повезёт, там посмотрим!”, “Будь что будет!”, “Шашки наголО!”, “К черту последствия!”, “И только не надо думать обо всем этом!”.

Видеофрагмент 1. из к.ф. “Свой среди чужих, чужой среди своих”. “Бойцы! Грозные альбатросы революции!”

За подобными поведенческими проявлениями стоит т.н. импульсивный тип личности, характерологические особенности, ценностные установки и лидерский стиль которого составляют содержание настоящей статьи.

Модель реагирования: сущность явления

Ведущая, отличительная черта рассматриваемого психотипа непосредственно связана с искажением нормального процесса “Преобразования первичных реакций на явления окружающего мира в рациональные действия”. Эта особенность часто проявляется как “импульс, которому невозможно сопротивляться”, и как “прихоть”, играющая в жизни импульсивных людей решающую роль.

Подчас внешне-яркие, примитивно-грубые проявления импульсивности, с которыми, к сожалению, сталкивался каждый из нас, порождают несколько упрощенное понимание этого явления. В обыденной жизни мы тут же приклеиваем “ярлык”, называя этих людей «психопатами», и показательно крутим указательным пальцем у своего виска.  Между тем, механизм импульса не так уж прост. И понимание   глубинной природы импульсивного действия, как ни парадоксально, даёт ключ к пониманию особенностей корпоративной “культуры силы”. Попробуем выстроить логические цепи, связывающие, казалось бы, столь отдаленные друг от друга понятия.

Каковы характеристики импульсивного поступка?

Во-первых, импульсивное действие поспешно. Оно быстро исполняется, и, что более важно, промежуток между замыслом и исполнением обычно очень короткий.

Во-вторых, импульсивное действие возникает внезапно и прерывается резко. Притом, что обычное действие, как правило, стремится к реальной цели и ему предшествуют соответствующие приготовления.

В-третьих, импульсивное действие — это незапланированное действие.

Каждая из этих характеристик: поспешность, внезапность и незапланированность — отражает дефицит процессов мышления, обычно превращающих возникающие мотивы в осознанные действия.

Для понимания причин рассмотрим две логики действий: обычного человека и импульсивной личности.

Процесс преобразования первичных реакций в действия у обычного человека
Рис.1. Процесс преобразования первичных реакций в действия у обычного человека

У обычного человека восприятие окружающего мира запускает процесс, который обеспечивает достаточно сложную переработку первичного импульса (см. рис.1). И первое, “кто” начинают перерабатывать импульс, это существующие у нас длительные интересы, цели и ценности. Именно в соотношении с ними принимается принципиальное решение.  Оказать “сопротивление” первичной прихоти и, в конечном счете, отвергнуть её как несущественную.  Или, если она сообразуется с нашей “картиной мира”, усилить исходное полу-намерение до активного желания. Иными словами, в контексте постоянных интересов и ценностей прихоть воспринимается как прихоть, не более того. Это позволяет критически оценивать её появление и выбирать правильное решение, что с ней делать.

Далее сформированное намерение соотносится с имеющимися к н.в.  ресурсами, текущими целями и интересами. Если в ходе принятия решения выявляется противоречие, намерение может быть отложено как менее важное в данный момент и поставлено в очередь наших приоритетов и возможностей. В положительном случае, осознанное намерение запускает принципиально важный процесс планирования, что приводит к последовательным и целенаправленным действиям по достижению желаемого.

То, что вначале могло остаться кратковременной прихотью переросло в сознательное желание, завершившееся рациональными действиями, сориентированными на достижения спланированного результата. Таким образом, первичный импульс изменяется количественно (усиливается желание и интерес) и, что самое важное, качественно трансформируется под воздействием более устойчивых структур (ценностно-мотивационного ядра) личности.  Ни то, ни другое, не достигается в “сокращенном” (см.рис.2.)  процессе у импульсивной личности.

Сокращенный процесс преобразования первичных реакций в действия
Рис.2. “Сокращенный” процесс преобразования первичных реакций в действия у импульсивной личности

Если первичное полу-намерение не может получить “поддержку” от постоянных целей, интересов и ценностей, если оно не обогащается ими, оно так и остается мгновенным импульсом, сразу получающим простое стремление. Которое, в свою очередь, направлено на быстрое удовлетворение и в малой степени “интересуется” самим содержанием объекта своего стремления. Механизм мгновенного действия обеспечивает этот необходимый краткосрочный результат.

В данном случае импульсивные действия также являются следствием процесса, хотя и существенно упрощённого, усечённого, не имеющего стабилизационных механизмов. В противном случае, импульсивное поведение было бы сплошным выбросом инстинктивной энергии, а соответствующие личности были бы её жертвами, взрывающимися бесцельно. Наоборот, импульсивные люди активно действуют и в определенных (особенно критических) ситуациях дают превосходные результаты, на голову отличающиеся от достижений обычных людей.   Хотя, с точки зрения последних, импульсивные действия кажутся поспешными, авантюристичными или безрассудными. Хотя…

Видеофрагмент 2. из к.ф. “Красная капелла”. Что лучше в разведке: риск или самообладание?

Следствия

Смелость, решительность, риск. Быстрые, мгновенные действия в условиях опасности, были бы невозможными, если бы наше сознание действовало только намеренно. Полноценная переработка импульса запустила бы жизнесохраняющее поведение, направленное на избегание опасности.  В этом отношении уверенность, смелость, азарт, “кураж” (что в переводе с французского означает “смелость”) и склонность к риску являются отличительными чертами поведения импульсивной личности.

Поэтому “красный” тип лидерства — это “право” рискнуть, бросить вызов, поступить наперекор, сломать систему. Позитивный “красный” – это сила, мужество, власть над обстоятельствами, внутреннее ощущение свободы. Здоровый, реализованный “красный” дарит гордость за себя и радость победы. “Красный” тип вбирает в себя такие характеристики как стремление к достижению результата по принципу “видеть цель, не видеть препятствий, верить в себя”, умение держать удар. Множество разных видов человеческой деятельности, от коммерческих продаж до спорта высших достижений, требуют смелости, решительности, способности пойти на риск.

На риске и праве быть другим рождаются инновации, прорывные технологии, товары и услуги. Способность “идти своей колеей”, смелость иметь особое мнение однажды привело к появлению таких компаний как “Тинькофф”, “Яндекс”, “Теремок”, “Мегафон”, “Ozon”, “Магнит” и др. Все эти компании смогли сказать “нет” традиционному способу ведения бизнеса и навсегда изменили “правила игры”.  Прорывные инновации часто рождаются изнутри, на “красной” энергии компании. В её основе — риск и здоровая агрессия, канализированные в конструктивное русло. Такие организации действуют гораздо энергичнее. Основой энергии здесь является сила Первого лица. Это, с одной стороны.

С другой. Нестабильные, рисковые 90-е гг. прошлого века в обновленной России с открывшимися возможностями и сломом старых социально-экономических механизмов вызвали к жизни значительное количество молодых частных компаний, большинством из которых управляли способные к риску “красные” предприниматели. Импульсивный риск давал им возможность действовать, шанс взлететь, но не спасал от необъективности в оценке ситуации, бессистемности в работе, не способствовал грамотному планированию своей деятельности и прогнозированию последствий. Подавляющее большинство этих компаний не смогли преодолеть кризис 1998 года. Как представляется, с психологической точки зрения, во многом, в силу импульсивной доминанты характера и соответствующего стиля управления своих “красных” лидеров.

Перекладывание ответственности. Модель поведения, тип лидерства импульсивного руководителя закономерно приводит к появлению ошибок, фактическому разрыву между желаемым и действительным. В тоже время такая модель позволяет импульсивным личностям с легкостью использовать определенные психологические защитные реакции.  Это дает возможность психологически защититься от личной ответственности перед другими или перед самим собой. К наиболее распространённым у них реакциям этого типа относится «перекладывание ответственности».

В условиях подчиненной личности это будет проявляться в оправдании своих просчетов внешними обстоятельствами, а в условиях руководителя – выражается в поисках и назначении “козлов отпущения”, “обходах территории”, “разносах” и “вызовах на ковер”. В этом отношении было бы проблематично предполагать, что в недрах т.н. “красной” культуры силы, могут появиться условия для формирования “ответственности” как одной из ведущих корпоративных ценностей. Для этого, как минимум, нужно внутреннее приятие данной ценности со стороны первого лица организации. Нужен иной стиль управления, нужен иной психотип лидера.

Интеллектуальная сфера: углубление понимания

Поскольку поведение импульсивных личностей весьма спонтанно (поспешно, внезапно и незапланированно), можно предположить, что в нем отражаются устойчивые особенности их мышления. Разберем так называемое “суждение” импульсивной личности.

Суждение — как  элемент формально-логического мышления основывается:

  • на способности человеческой психики производить активный анализ первого впечатления от ситуации, проблемы, задачи,
  • на готовности задать самому себе самокритичные вопросы по поводу воспринятого,
  • на взвешивание собственных возможностей.

в целом оно связано с интеллектуальной переработкой информации. Все это составляет адекватный процесс формирования суждения у обычного человека.

“Суждению” импульсивной личности, как правило, подобный процесс не предшествует. Объективно у такого человека необходимая информация есть, поскольку он изначально воспринял ее, но у него нет активного, анализирующего внимания к воспринятой информации. Конечно, это момент далеко не столь однозначный, и у многих импульсивных людей происходит определенный самокритический процесс осмысления действительности.  Однако, в целом, у данного психотипа этот процесс существенно менее развит, чем у обычных людей. На бытовом уровне любой, кто слушал суждения импульсивной личности, скажет, что они “неглубоки”, “поверхностны”, “скоропалительны”.  Можно добавить, что они “произвольны” или, еще сильнее, — “безрассудны” (дословно: лишены действий рассудка).

Активный процесс критического анализа, который мы назвали суждением, у обычных людей протекает сравнительно гладко и автоматически. У импульсивных личностей он сокращается или уничтожается вовсе. Этот процесс не в их стиле. Если что-либо толкает импульсивного человека на быстрое действие, то его суждение (или, скорее, заменитель суждения) позволяет ему не замечать осложнений, которые заставили бы задуматься любого другого.

Видеофрагмент 3. из к.ф. “Красная капелла”. Нашел решение: у нас под носом немецкий штаб!

Неглубокое суждение (как логическая операция) импульсивной личности относится и к стилю ее познания в целом, а именно к дефициту определенных активных, интенсивных  мыслительных процессов. Обычная личность анализирует, взвешивает и развивает первое впечатление, а импульсивная личность реагирует немедленно. Её первое впечатление или догадка мгновенно, без дальнейшего развития, становится решением, причем решением, немедленно претворяемым в жизнь. Импульсивное мышление, как говорят в таких случаях, “скачет”.

Данная психологическая особенность активно использовалась в середине 90-гг т.н. создателями всевозможных финансовых пирамид: “ХОПРов”, “МММов”, “Властелин”.  Всем желающим, в т.ч. и импульсивным людям предлагались весьма сомнительные проекты, “мыльные финансовые пузыри”, при этом обещали фантастические проценты прибыли. Пагубность и сомнительность подобных проектов были очевидными при первом, приблизительном знакомстве с ними. Достаточно было обладать хотя бы минимальной критичностью восприятия, для осознания известной истины, что “бесплатный сыр бывает только в мышеловке”. Однако многие, и в первую очередь импульсивные личности, этого не замечали. Без каких-либо размышлений, захваченные ситуацией, в азартном порыве они пускались в столь сомнительные предприятия. Итог известен — порождение многочисленной армии “обманутых вкладчиков”.

Очень часто импульсивные руководители под влиянием момента, без каких-либо последующих размышлений принимают решение о новом направлении бизнеса, открытии заманчивых проектов.  Деньги — вот доминирующий мотив скоропалительного решения, все остальное ситуативно отодвинуто на второй план. Проходит несколько недель, и такие люди сталкиваются с непросчитанными рисками, острой нехваткой ресурсов для достижения цели, несоответствием первых результатов их собственным ожиданиям и т.п. Теперь уже открывшиеся объективные трудности в работе ситуативно мотивируют таких руководителей на принятие нового импульсивного решения, а «хорошие» деньги быстро перемещаются на “задворки” скороспелых желаний.

Интересно отметить, что у обычного, и у импульсивного человека мыслительный процесс занимает разное место в деятельности в целом, особенно что касается текущих нужд и импульсов. Обычно мы считаем, что мыслительный процесс — это один из факторов, поддерживающих стабильность личности. При обычной деятельности планирование, анализ, суждение стабилизируют изменчивые и импульсивные действия. Например, импульс уйти с работы, потому что она сегодня раздражает, стабилизируется мыслями о том, что в другие дни работа не раздражает или что это необходимая ступень к переходу на более ответственную, престижную, интересную работу. То есть анализ, как было отмечено выше, борется с импульсом или развивает импульс в долговременный и активный план. В любом случае, познание у обычного человека объединяется со стабильными эмоциональными структурами, чтобы не допустить немедленного высвобождения импульса.

В импульсивном же характере познание не выполняет стабилизирующей функции. Над осознанностью здесь доминирует всё, что связано с текущим интересом.   Импульсивная личность не заглядывает в будущее, не смотрит “со стороны”, и у нее ограничено восприятие логически важного. Такой способ познания не может стабилизировать поспешное действие прихоти или импульса. Наоборот, он усердно служит сиюминутной прихоти или импульсу.

Ограничения модели познания рассматриваемого психотипа проявляются и иными путями. Как правило, у импульсивных людей не развиты: планирование, концентрация, логическая объективность и анализ. Для всего этого требуются модели познания, которые импульсивные люди не используют. Для планирования, как и для суждения, необходимо взвешивать разные возможности и обращать внимание не только на то, что впечатляет сейчас, но и на то, что может стать важным в будущем. А в импульсивном стиле мышления неизбежно доминирует настоящее и умаляется значение далекого будущего. Концентрация требует острого, сфокусированного, постоянного внимания, а этого невозможно добиться, если постоянно увлекаться каждым новым событием и т.д.

Таким образом:

  • Внимание импульсивного человека не занимается активным анализом. Его вниманием очень легко полностью овладеть. Он видит то, что его захватило, и это не только начало какого-либо мыслительного процесса, но, в сущности, его завершение. В этом смысле его стиль мышления можно назвать пассивным.
  • Если он критически не анализирует разные аспекты, он не может понять потенциальное и логическое значение вещей и видит только то, что для него важно в данный момент. В этом смысле импульсивный метод познания относительно конкретен, ограничен, страдает необъективностью. По большому счету мышление импульсивных личностей эгоцентрично.
  • Слабость аналитических процедур в мышлении импульсивной личности приводит к тому, что их способность к обучению существенно снижена. Не анализируя, они не учатся на собственных ошибках, не извлекают уроки, а продолжают идти по дороге, густо усеянной собственными “граблями”.

Здесь необходимо подчеркнуть относительность указанных ограничений. То, что ум импульсивных людей не планирует, не абстрагирует и не анализирует, не означает, что он бездействует. Наоборот, этим людям часто присущ очень острый практический ум, успешно выполняющий краткосрочные, насущные, невысокого уровня сложности задачи. Даже крайне импульсивные люди, которым абсолютно чужды планирование и анализ, быстро схватывают те аспекты ситуации, которые относятся к их личным интересам, и могут реагировать весьма эффективно. Они “действуют” и могут достичь успеха.

В целом, при объективных показателях, свидетельствующих о наличии достаточно высокого интеллекта, у импульсивного психотипа может присутствовать интуитивный стиль мышления. На фоне хорошего интеллекта такие личности обладают способностью к нешаблонному подходу при решении проблем, к моментам творческого озарения, когда над человеком психологически не довлеют догмы традиционных подходов. Поэтому окончательные выводы относительно эффективности мыслительной сферы конкретной импульсивной личности можно делать лишь по совокупности факторов с учетом общего уровня интеллекта, знаний, социального опыта и др.

Следствия

Искажение управленческих процессов. Импульсивным лидерам не хватает активных интересов и целей, выходящих за пределы текущих потребностей и повседневных забот. У таких людей обычно нет долговременных планов, амбиций, стратегических целей. Они не испытывают в этом потребности. Их мыслительный аппарат, как видно из предыдущих размышлений, слабо приспособлен для планирующих и аналитических функций.

Если рассматривать данные особенности с точки зрения управления, то получается 3 важных управленческих процесса: целеполагание, планирование и анализ в сознании импульсивного руководителя оказываются психологически “вычеркнутыми” из единого управленческого цикла или, как минимум, не получают должного внимания и развития (см. рис.3).

Управление как система (принципиальная схема процессов управления)
Рис.3. Управление как система (принципиальная схема процессов управления)

В этих условиях не может сформироваться сколько-нибудь эффективно работающая модель управления.  Неполноценно функционирующий управленческий механизм неизбежно будет приводить к ошибкам, искать подпорки и эрзац-заменители. Среди них: волюнтаризм и ручное управление, реагирование по вводным и “тушение пожаров”, приказы и силовое давление. Такая среда, при недостаточной способности к системной организации дела, будет поощрять в поведении сотрудников: слепую исполнительность, жертвенность, готовность к переработкам, авральные подвиги. Под стать ценностям формируется и культурный слой.

Нравственные аспекты: вопросы и размышления

Многие моральные ценности, такие как честность, порядочность, справедливость являются довольно абстрактными понятиями, имеющими высокий уровень обобщения. Это идеалы, стремление к которым занимает длительный срок. Не случайно их формирование у человека, начиная с детского возраста, занимает длительный период и требует соответствующих условий.  Эти понятия весьма далеко отстоят от быстрого удовлетворения ситуативных потребностей. Они требуют достаточно высокого уровня эмоционально-нравственной зрелости личности. Для их существования и развития также необходимы развитые познавательные компоненты: умение размышлять, осмысливать поведение, соотносить факты, видеть перспективу др.

В определенных ситуациях следование нравственным ценностям может не приносить конкретному человеку очевидную выгоду. Так действуя справедливо, мы опираемся на альтруистические устремления: часто вынуждены отказываться от сиюминутных, личных интересов в пользу остальных, отдавая дань приоритетам других, жертвуя своими потребностями.  Наше личное моральное удовлетворение зачастую носит отсроченный характер, отстоящий по времени от совершаемых поступков. Да и связь эта далеко не всегда очевидна.

Могут ли подобные ценности получить значимое развитие в рамках вышеуказанного стиля мышления и поведения, где интересы ограничены немедленным достижением и удовлетворением, где в сознании преобладает эгоцентризм, т.е. личное ставится в центр при принятии решений? Более очевидным представляется отрицательный ответ. И если это так, то предполагать установление гуманистических отношений, основанных на уважительности, доверии, открытости и пр. в корпоративной культуре, возглавляемой “красным” лидером, к сожалению, не приходится.

Импульсивная личность скорее будет использовать противоположный, более “действенный” с ее точки зрения, арсенал средств, обеспечивающий быстрое достижение желаемых результатов. Почему бы не применить силу, диктат, давление, власть? Ведь не размышления, а смелые и рискованные действия, приказы и их неукоснительное исполнение не раз обеспечивали победу на жизненном “поле боя”. Размышлять некогда, вперед к победе! Возможно так рождаются простые, черно-белые моральные принципы лидеров “красной” корпоративной культуры: “Кто смел, тот и съел”, “Чья сила, того и правда”, “У кого сила — у того и власть”, “Победителей не судят”.

Мы уже говорили об отношении импульсивной личности к проблеме ответственности. И речь шла об ответственности конкретной, весьма осязаемой, вытекающей из практической деятельности.

В размышлениях о нравственных ценностях было бы уместно добавить несколько рассуждений о чувстве моральной ответственности за свое поведение и поступки, о том внутреннем компасе каждого человека, который разграничивает наши поступки на две известные зоны: “хорошо” и “плохо”. Речь идет о совести.

Как соотносится импульсивная доминанта в характере и внутренний “голос совести”?

Нравственный выбор всегда подразумевает наличие оселка, эталона, высшего стандарта: абстрактного морального принципа или конкретного внешнего авторитета. Именно с ними мы соотносим те или иные действия и поступки. Для выполнения этой внутренней операции нам необходимо выйти за пределы собственного я, посмотреть на себя со стороны, самокритично себя исследовать, зачастую почувствовать и принять разочарование от своего поведения далекого от “Я-идеального”.  Такая форма исследования, связанная с сомнениями, беспокойством, размышлениями, т.е. с проявлениями внутренней мыслительной активности. Если импульсивное мышление отвергает очевидную логическую значимость ради сиюминутного удовлетворения, то может ли оно обратить свое внимание на потенциальную моральную значимость и задуматься над тем, какие моральные последствия могут возникнуть даже не через день, через неделю, месяц и более?   К сожалению, такая форма мышления, как отмечено выше, чужда импульсивному стилю.

Вывод очевиден. В импульсивном стиле  моральные ценности сравнительно неразвиты и не оказывают существенного влияния на поведение личности, а совесть оказывается поверхностной.

Следствия

Незрелость “красной” корпоративной культуры. Во многом ограниченность, упрощенность, поверхностность “культуры силы” обуславливается неразвитостью моральной стороны личности её лидеров. Корпоративная культура, моральные ценности как мощный инструмент управления служебными отношениями в организации им изначально не интересны. Точнее им неинтересно верить в систему моральных ценностей или принципов, хотя они сознают существование социальной морали и мирятся с ней, если им это выгодно. С точки зрения морали, они — циничные люди. Но, с их собственной конкретной и практической точки зрения, они всего лишь поступают в соответствии со здравым смыслом. В этих условиях могут появиться и получить свое развитие лишь простые ценности, ценности-инструменты, которые работают на быстрый результат. Ценности более высокого порядка не получают прописки в таком доме. Единоличная власть, опирающаяся на силу, изначально противопоставляет лидера и сотрудников: “сильный” и “слабые”, “как я хочу” и “как вы должны”. Это противопоставление происходит и по линии ценностей. Но на всякую ценность, не отвечающую интересам большинства сотрудников всегда будут развиваться либо противоположные ценности, либо, что чаще в этой культуре, ценности приспособления. Корпоративная культура, как и иные инструменты управления, формируется в таких организациях стихийно. Как известно стихийно растет и буйствует в природе лишь сорная трава.

Каков он есть, таков он есть: некоторые полезные выводы

“Усеченное” восприятие импульса является жизненно важным элементом во многих заметных проявлениях поведения и характерологических особенностях “красного лидера”. С одной стороны, мы выделяем энергичность, высокую поисковую активность выраженное чувство соперничества, высокий уровень притязаний, преобладание мотивации достижения, смелость, неукротимую решительность, способность к риску, уверенность и быстроту в принятии решений.

С другой —  самоуверенность, доминантность, агрессивность, грубость, жесткость, жестокость, эгоцентризм, прямолинейность, волюнтаризм, авантюристичность, конфликтогенность в общении, непредсказуемость поведения, резкие смены настроения, несдержанность, полярные по своему знаку, бурные эмоциональные реакции, отсутствие критичности к собственному поведению.

Описанное восприятие импульса не является случайным явлением, а представляет собой систематический процесс. Неоднократно повторенный и дававший, в условиях становления импульсивной личности, определенный положительный результат, данный процесс закрепляется настолько, что переходит на уровень бессознательных стереотипов поведения. Возникает понятие типичного стиля функционирования. Для “красного” лидера он (стиль)  — эгоцентричен и авторитарен. Из этой логики формируются внутренние принципы и убеждения в правильности и полезности такого поведения, что является ничем иным как внутренними ценностями импульсивной личности.

Совесть и моральные ценности не являются отдельными психологическими элементами, а зависят от множества иных функций личности, в первую очередь мыслительных, способа восприятия действительности, переработки информации и др. К распространённым ценностям “красного” лидера можно отнести: силу, власть, смелость, преданность.

Они уместны  в “боевой обстановке”, там, где существуют агрессивно-конкурентные условия бизнес-жизни. И обнаруживают свою несостоятельность, когда изменившиеся “условия жизни” требуют системной организации работы, налаживания процесса, масштабирования бизнеса, привлечения мотивационной энергии и инициативы большинства сотрудников. Под эти задачи требуется иной психотип, иные, более совершенные культурные коды.

Было бы неверно и одноплоскостно выводить особенности “красной” корпоративной культуры из доминирующего стиля реагирования одной, пусть даже самой важной личности, личности импульсивного руководителя. Также, как и сводить психологическую индивидуальность лидера до шаблонов ведущего психотипа. Люди в жизни и их фактические отношения неизмеримо сложнее и многообразнее любых психологических моделей.

Автор предложил всего лишь сфокусировать внимание уважаемых читателей не столько на вопросе “Что мы наблюдаем?”, сколько на том “Как и почему это происходит?”. Ведь понимание истоков сильных и слабых сторон лидера организации, выводит нас на понимание возможностей и ограничений той корпоративной культуры, которая им вольно или невольно создается.  В этом, как представляется, можно найти больше ответов на такие практические вопросы как: “Что делать?” и “К чему это может или не может привести?”.

Давайте думать вместе!

Похожие Статьи

Следующий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новые статьи